kandidych: cat (knigi)
חיים באר - אל המקום שהרוח הולך (Хаим Беер - К месту, куда идет душа)

Хаим Беер написал многоплановую композицию, каждый из читателей которой может найти в ней что-нибудь сокровенное и близкое для себя. Это и история экзотических приключений еврейского Дон-Кихота на тибетских горных просторах, и путеводитель по хасидским историям и сказаниям, и история необычной любви, и исследование процессов, происходящих с человеком после попадания в абсолютно чужую среду, разительно отличающуюся от привычной ему обстановки, и немного фэнтези и мистики.

Книга написана не простым языком ,с большим содержанием оборотов, больше характерных для религиозной литературы, но по моему мнению, стоит сделать усилие и прочитать этот текст. Написанный с большой любовью к героям, с мягким юмором, он строит собственный мир особых координат, в которых действуют герои романа.

Для бОльшего понимания бэкграунда книги требуется ознакомление с книгой Менделе Мойхер Сфорима Путешествие Биньямина Третьего. Беер посвятил роман этому классику еврейской литературы, написав своего рода современный римейк его знаменитой книги. Концептуально роман также косвенно примыкает к роману Майкла Чабона "Союз идишских полицейских".

Бееру удалось очень сочно проиллюстрировать столкновение уединенного и замкнутого в себе мира раввина-гуру вымышленного хасидского двора и внешнего мира, да еще в таком экзотическом антураже, как Тибет. Мира не только внешнего географически, но и внешнего

С одной стороны книга вся пропитана религией, и Беер демонстрирует, на мой, правда не слишком квалифицированный взгляд, виртозное владение материалом, с другой стороны понятно, что многие из его тезисов могут вызвать очень неодобрительное отношение в кругах ортодоксального еврейства. Как например отношение к выражению לעתיד לבוא, которые подробно аргументируется в книге, и часть аргументации можно прочесть в интервью с Беером:


Запоминающаяся книга, вызвающая размышления и желание по одному соскрести все ее явные и затаенные смыслы, одновременно получая удовольствие от сочного и богатого текста!

Еще о романе можно почитать тут - אל מקום שהרוח הולך - מאוטופיה למיסטיקה , и тут

[кросс в [livejournal.com profile] sfarim_ru]
kandidych: cat (knigi)
Йосеф Хаим Бренер שכול וכישלון ("Утрата и провал")

Эту книгу мне было очень трудно читать. Мало того, что она написана на очень архаичном иврите тех времен, когда современный язык только лишь становился на ноги (роман был написан в 1914 году, но впервые вышел в свет лишь в 1920), так еще в ней много иврита танахийского, с использованием специфических выражений, хорошо известных знатокам Танаха, но не очень знакомых мне.

Я большей частью облегчил себе работу тем, что не особо вдавался в буквальный смысл непонятных выражений, почти в словарь не лазил и старался догадаться о смысле сказанного по контексту. Еще помогало наличие в тексте русских слов. С помощью русскогом, идиша и других знакомых им языков, ивритские писатели тех времен справлялись с отсутствием многих понятий на иврите. В конце книги даже приложен небольшой словарик, из которого читатель может узнать смысл некоторых встречающихся в тексте слов вроде "голубчик", "чиновник" и "каторга" :-)

Так что полного кайфа от чтения я не получил, скорее это напоминало тяжелую работу, и именно эту книгу я бы в будущем прочел в переводе на русский, хотя принципиально стараюсь не читать ивритские книги в переводе (раз уж есть возможность читать книги в оригинале хоть еще на каком-то языке, кроме русского, то это возможность грех не использовать). Все таки много потерялось из-за неполного понимания текста.

"Утрата и провал" считается самой значительной и зрелой вещью Бренера, которая выводила его творчество на новый уровень - путь, который был трагически прерван в 1921 году во время арабского погрома в Яффо.

Один год из жизни Иехезкеля Хефеца и семьи его дальних родственников. Из вступления к роману мы узнаем, что Хефец с сильнейшем душевном расстройстве покинул Палестину через три года после описываемых событий, и сам роман ведет нас через год страданий как Хефеца, так и окружающих его других героев книги. Герои Бренера страдают от разных болезней, мучаются от непонимания друг друга, их съедает несчастная любовь. Всю свою мятущуюся душу вложил Бренер в этот роман, хотя сам по себе он и наименее автобиографичен, чем другие его крупные вещи. Бренер окружил образ Хефеца некоторой загадочностью, в частности не очень понятна суть его сексуальных проблем и вопрос его сексуальной ориентации, что, с одной стороны привело к тому, что годами исследователи вообще уклонялись от обсуждения этой темы, а с другой стороны, это дало почву для самых разных догадок и построений на этот счет, какие делались и насчет сексуальных предпочтений и самого автора романа.

Но и даже в обстановке полного раздрая чувств, окружающих героев смертей родных и близких, общей неустроенности жизни, все таки в финале романа Бренер дает надежду на более счастливое будущее, надежду на более оптимистичный исход, на избавление от мук и страданий.

Тут можно почитать интересную статью, посвященную новому переизданию романа - именно эту, недавно вышедшую книгу, я и читал.
kandidych: cat (knigi)
Олег Дивов "Симбионты"

Новый роман от Дивова.

Очень читабельно, динамично, интересно, в меру стебно. Увлекательная история из недалекого российского будущего через призму модных нано-инноваций.

Главный герой подросток, и повествование вполне отвечает жанру приключенческой подростковой литературы, которую интересно читать и взрослому, желающему окунуться в уже, увы, покинутый мир молодости :-) В отличие от такого рода литературы у Лукьяненко, Дивов не загружает менторским тоном, и не занимается капанием на мозги читателю китайской пыткой прописных истин, обернутых в однообразные рулады постоянных отступлений от сюжета.
Это уже само себе хорошо :-)

Особо в книге мне понравилось как автор ненавязчиво, но и убедительно проводит мысль о вреде тотального копирайта и зажимания политки открытого кода - позиция, которую Дивов часто озвучивает и отстаивает в ЖЖ.

Если кого не отпугивает "подростково-фантастическая" тематика, осваиваемая в этой книге одним из самых интересных современных российских фантастов, то вполне рекомендуется к прочтению.

И спасибо ЖЖ, с помощью которого можно попросить у автора разъяснения непонятного момента в сюжете, и получить ответ. (осторожно втыкать ибо спойлерно)

И не могу не отметить, что в отличие от других авторов, вроде Лукьяненко и Логинова, Дивов в своем ЖЖ не приводит меня в состояние постоянного удивления от разительной разницы между писательскими художественными текстами и писательской прямой речью в блоге.
kandidych: cat (knigi)
Чингиз Айтматов "Плаха"

В свое время этот роман произвел много шума, и его публикация в самом начале перестройки, в 1986 году, была настоящим литературным и общественным событием, которое, впрочем, в скором времени ушло в тень под прорвавшимся потоком запретной ранее литературы.

Тогда я роман не читал, только сейчас сподобился, и с расстояния прошедших лет, и на фоне тех крайне резких изменений, которые прошли по миру с 1986 года, можно сказать, что роман вызывает двойственные чувства.

С одной стороны, чувствуется мощь айтматовского пера. Его описания степи, проникновение в волчью ментальность, вырисовывание как человеческих, так и звериных характеров, буквально все время чтения книги держит внимание в постоянном напряжении, и не оставляет, не вытирается из памяти и после того, как прочитана последняя страница.

С другой стороны, анахроничность книги настолько лезет на первый план, что даже представляет определенный антропологический интерес для любителей :-)

В первой и второй частях романа действие происходит вокруг способов сбора анаши в киргизских степях и их доставки на "Большую Землю". В 1986 году текст, довольно долго расписывающий эту проблематику, конечно, с обязательными кивками в сторону тлетвороного влияния Запада, смотрелся очень смело, дерзко и вызвал нешуточную общественую дискуссию. Сейчас это уже смотрится чрезвычайно старомодно.

В третьей части романа можно, среди прочего, встретить борьбу успешного чабана за введение хозрасчета и его стремление к ведению хозяйства собственным умом, а не указаниями партии и правительства, его желание "отделиться" от верноподданых власти дармоедов и бездельников, пестуемых начальством в виде полезного элемента. Сцены партийных совхозных собраний сейчас читаются совсем по другому, чем в 80- годах прошлого века. Сколько эмоций переполняло людей, какие страсти кипели по таким проблемам, которым вскоре суждено будет быть погребенными под цунами стремительной ломки старых порядков!!!!

Если абстрагироваться от этого устаревшего антуража, роман вполне читаем и переживаем. "Волчьи" сцены очень впечатляют, и они органично накладываются на сильнейшие страсти, двигаемые героями романа, среди которых беспорно выделяются бывший дьяк Авдий Каллистратов, ищущий своего бога в сумасшедшем окружающем мире, и зажиточный чабан Бостон Уркунчиев, жизнь которого Айтматов рисует сильными, мощными красками.

Если кто не читал - прочитать рекомендую, естественно с соответствующими поправками, учитывающими прошедшее со времен публикации время.
kandidych: cat (knigi)
Жорж Сименон "Он приехал в День Поминовения"

Книга, выловленная мною из огромного наследия весьма плодовитого Сименона, за свою жизнь настрочившего просто фантастическое количество самой разнообразной литературы. Нашел я эту повесть, отслеживая переводы сименоновских психологических романов, которые делает Иехошуа Кназ. Кназ выбирает настоящие жемчужины из творчества Сименона, и я доверяю его вкусу.

Эта повесть в переводе Кназа называется הנוסע הסמוי

Жиль Мовуазен, 19-летний француз, никогда не живший на родине, приезжает в Ла-Рошель после смерти родителей от несчастного случая. Сын цирковых артистов, всю жизнь кочевавший с места на место, он попадает в совершенно незнакомую ситуацию - приехав именно в Ла-Рошель из-за наличия в городе родственников, абсолютно ему незнакомых, он узнает, что стал единственным обладателем огромного состояния умершего недавно дяди, одного из самых богатых, и одного из самых ненавидимых граждан города.

Ситуация вокруг Мовуазена начинает развиваться со стремительной быстротой, и тут уже главный герой должен продемонстрировать свои самые глубокие качества, о наличие некоторых из них он раньше и не догадывался.

Сименон с одной стороны закрутил детективный сюжет, но с другой, это и психологический этюд, позволяющий проникнуть в душу главного героя, проследить за изменениями, которые происходят в ней по ходу событий, познать его боль и его любовь, немного понять как именно мыслит человек, жизнь которого развернулась столь разительным способом, почувствовать особую городскую атмосферу, окутывающую героя и его окружающих.

Мне до самого окончания повести не было понятно, завершит ли ее Сименон на грустной ноте, на подобие Маленького человека из Архангельска, или все будет более оптимистично - предлагаю вам самим узнать этот ответ на этот вопрос :-)

Неплохую рецензию на ивритский перевод книги можно прочитать тут.

Не шедевр мировой литературы, но безусловно книга, стоящая внимания.
kandidych: cat (knigi)
Анитa Шапира "Бреннер"

Очень интересная биография чрезвычайно интересного и загадочного писателя.

Шапира основательно рассказывает биографию Иосефа Хаима Бреннера, во множестве цитируя самые разнообразные источники, помогающие нам реконструировать историю короткой, но очень насыщенной жизни писателя. Также большое внимание в книге уделено анализу произведений Бреннера. Шапира очень профессионально выстраивает сложный образ Бреннера, в котором соединилось множество самых разных качеств, выстроивших личность нестандартного творца.

Аскет, подвижник, инутитивный социалист, абсолютно не склонный к идеализации российской революции 1917 года, неутомимый популяризатор зарождавшейся ивритской литературы, глубокий пессимист, склонный к приступам тяжелой депрессии, всегда говорящий вслух только правду, как она ему виделась, и полностью чуждый всякой политики, всякого громкого и помпезного провозглашения лозунгов (в этом подходе Бреннер расходился со своим другом Берлом Каценельсоном, и по этой же причине всегда не любил Жаботинского), готовый снять с себя последнюю рубашку ради помощи незнакомому человеку в нужде и не всегда воспринимающий невзгоды близких, не считавший себя сионистом, и всегда говоривший о том, что Палестина лишь одно из возможных пристанищ еврейского народа, но живший, творивший и умерший в Эрец-Исраэль - все это был Бреннер.

Впечатления по ходу чтения книги я описывал тут и тут

Особое мое любопытство вызвала последняя глава книги, в которой Шапира касается посмертной мифологизации образа Бреннера. Интересно, что несмотря на то, что он был последовательным атеистом, некоторые религиозные почитатели его таланта называли Бреннера истинно религиозным человеком, жившим по заветам предков, хотя и провозглашавшим о полном разрыве с иудейской традицией. Некоторые называли его одним из 36 скрытых праведников, писали, что он принял на себя грехи окружающего мира, другие считали его истинным толстовцем, а вот Шолом-Алейхем, встретившийся с Бреннером в Лондоне, написал, что ему Бреннер напоминает юродивого из русской народной традиции. Шапира проводит анализ этой параллели, и приходит к выводу, что именно она наиболее полно, хотя и не на сто процентов, может выразить и описать образ Бреннера. Он был "юродивый" в самом положительном смысле этого слова. И это тем более верно, что корни творчества Бреннера глубоко лежат в русской литературе. Достоевский и Толстой были самые ценимые им писатели, и нравственные идеи их произведений буквально пропитали и жизнь и творчество Бреннера.

Интересно также, как после смерти канонизация творчества Бреннера намеренно прошла мимо его произведений, и в основном концентрировалась на его публицистических статьях. Романы, описывающие жизнь в Палестине в довольно пессимистичных тонах, полные критики тогдашнего положения и грустных прогнозов на будущее, не слишком годились для вознесения в канон. И поэтому его романы не очень знакомы широким массам читателей, хотя имя и на слуху.

Прочтение романов Бреннера я поставил своей задачей на ближайшие месяцы, слишком уж большой интерес к ним пробудила эта отличная биография.

кросс в [livejournal.com profile] sfarim_ru
kandidych: cat (knigi)
Даниэль Глаттауэр "История Эмми и Лео"

Включает в себя две книги: Лучшее средство от северного ветра и Все семь волн.

Прочел после нескольких горячих рекомендаций в ленте, в частности первую книгу хвалил [livejournal.com profile] gava

Обе книги были проглочены буквально на одном дыхании, впрочем растянувшемся на несколько вечеров. Роман в мэйлах, возникший из ошибочной случайности и вовлекший в воронку сложных чувств замужнюю женщину, вроде как счастливую в браке, и холостяка, находящегося в разгаре сложных отношений со своей подругой.

Формат книг, а именно лишь прямая речь героев, без всяких авторских отступлений и лирических пауз, во многом обеспечивает похвальную компактность текстов, которой абсолютно не мог похвастаться популярный роман на схожую тематику "Одиночество в Сети". У Вишневского уровень китчевости повествования почти достигал разрешенных международными конвенциями рамок, Глаттауэру же удалось полностью избежать китча, что является в моих глазах безусловным плюсом его повестей!
Слишком придирчивые читатели могут остаться недовольными завершением истории (если, конечно, нас не ждет продолжение), но хозяин барин - в развилке возможных сценариев Глаттауэр выбрал еще далеко не самый неправдоподобный :-)

ИМХО дилогия обязательна к прочтению всякому, кто думает завести виртуальный роман, имел таковой в прошлом или находится в самом разгаре. Глаттауэр очень четко препарировал и выложил читателю основные душевные коллизии за такими романами, их подводные камни, стереотипы и заблуждения , бродящие в головах героев, а также внутренние порывы, руководящие людьми, которых увлекают вихрем чувств подобные истории.

Плюс к этому написано с тонким юмором, какой мне всегда по душе.

Однозначно рекомендую!!!!
kandidych: cat (knigi)
Людмила Улицкая "Зеленый шатер"

Новый роман Улицкой. В ленте я видел довольно восторженные реакции на него, и уровень ожидания был довольно высок.

Тот случай, когда я вполне могу оценить мастерство писательницы, но в общем текст не вызывает особой эмоциональной реакции. Возможно дело в тематике романа. Перестроечное перекармливание диссидентской темой еще дает себя знать.

Сам роман представляет собой набор небольших эпизодов, или напрямую связанных с тройкой главных героев, или касающихся людей, имеющих к ним отношение. Причем нет никакой хронологической закономерности, действие двигается вперед-назад по прихоти авторши - только успевай соображать как приложить еще один кусочек ее прихотливого паззла, чтобы получилась цельная картина!

Тут юзер [livejournal.com profile] varana пишет об основной идее, которую Улицкая вложила в текст. Автору следует верить, однако идея эта как-то совсем трудно уловима. В начале прочтения я был уверен, что действие завяжется на образе учителя литературы от Бога, который, однако, был введен в повествование, по видимому, лишь в качестве выразителя Основной Идеи, и впоследствие был фактически заброшен без особых разъяснений. Этот момент меня несколько разочаровал, ибо от образа Учителя я ждал значительно большего!

Есть в романе забавные эпизоды, есть трагические, концовка мне довольно понравилась, однако эмоциональной вовлеченности в судьбы героев не было. В отличие, например, от повести "Лучшее средство от северного ветра", которая возможно и не отличается слишком глобальным подходом и не может похвастаться какими-то сугубо литературными сверкающими вершинами, однако прочитанная сразу после Зеленого шатра вызвала сильнейший душевный отклик. Впрочем, эта тема отдельного поста, который я обязательно напишу после прочтения продолжения истории Эмми и Лео.

У той же Улицкой история Даниэля Штайна вызвала у меня намного больший интерес, возможно обусловленный географической близостью к ареалу действия отца Даниэля (Израиль это же маленькое село, и когда по ходу чтения книги оказывается, что брат одного моего приятеля живет по соседству с братом Даниэля Руфайзена, то это ощущаешь в полной мере)

В общем, один раз прочесть наверное стоит, но можно и не читать
kandidych: cat (knigi)
Саид Кашуа ויהי בוקר ("И будет утро")

Вторая книга популярного молодого израильского писателя, журналиста и публициста арабского происхождения.

Действие происходит в весьма памятные дни второй интифады, но угол восприятия действительности совсем другой.

После десяти лет в Тель-Авиве герой Кашуа, журналист, освещающий палестинскую тему в одной из крупных израильских газет, волею обстоятельств вынужден вернуться в свое родное село, за которым он абсолютно не тоскует и не скучает. Кашуа описывает образ жизни и привычки сельчан (за местом действия угадывается родное село Кашуа Тира, находящееся в так называемом "треугольнике", месте компактного проживания большого количества израильских арабов) в очень сатирических и нелициприятных тонах (из-за таких повторяющихся мотивов Кашуа всегда вызывает недовольство в арабских кругах). Работу в газете он практически потерял с развитием интифады, жизненные переспективы весьма туманны, сельский уклад жизни его пугает своим неприкрытым бандитизмом и непоределенностью. Завтрашний день видится герою в полном тумане.

И тут в одно непрекрасное утро село просыпается к новой действительности - оно герметично окружено армией, полностью оборвана всякая связь с внешним миром, телефоны не работают, электричества нет, как следствие нет и воды, которую в обычном состоянии качают из земли с помощью насосов. Даже закупорена канализация. Учившиеся в еврейских городах студенты в приказном порядке возвращены в село в ночь накануне закупорки.

Местные власти безуспешно пытаются понять в чем дело. Любая попытка пересечь колючую проволоку, полностью окружающую село, натыкается на огонь на поражение. Идея выдать армии всех нелегалов-палестинцев, во множестве занятых в селе на разных черных работах, или просто ночующих в нем, проваливается - солдаты застреливают первых же перебирающихся через проволоку палестинцев, а остальные разбегаются обратно в село.

Герой пытается найти во всем этом хоть какую-то логику, но рационального объяснения нет. Радио, единственный источник информации, лишь докладывает о введении в стране режима чрезвычайного положения и о продвижении израильско-палестинских мирных переговоров, никак конкретно не расказывая об осаде огромного села.

Начинается анархия, фактически власть над положением берут обвешанные оружием уголовники, по улицам течет неиллюзорное дерьмо.

Во всем этом нарастающем хаосе герой пытатся выжить сам, и спасти своих близких, свою семью.

дальше-мега-спойлер )

Книга небольшая, читается на одном дыхании. Лично мне было очень интересно читать по причине врожденного любопытства к разным уголам взгляда на нашу сложную израильскую действительность.
Кашуа представляет очень критичный взгляд на арабский склад жизни в Израиле (и за это его не любят арабы), но и еврейский Израиль не уклоняется от его нелицеприятного пера (и за это его не любят многие круги евреев). Сейчас он очень на подъеме, переводится на разные языки, завоевывает премии, и даже в одной из радиопередач, в интервью с одним исследователей истории еврейской сатиры, Кашуа концептуально сравнили с Шолом-Алейхемом. По мнению специалиста, обоих авторов роднит тема выживания меньшиства среди не слишком дружелюбного большинства.

В любом случае, заведомо считающим израильских арабов пятой колонной и однозначным смертельным врагом, вообще не стоит беспокоиться и читать эту книгу. Для ее адекватного восприятия нужен другой, а не такой узкий взгляд на проблематику.

Большая статья в Хаарец, предвaрявшая выход книги

кросс в [livejournal.com profile] sfarim_ru
kandidych: cat (knigi)
А. Б. Иехошуа חסד ספרדי ("Испанское благодеяние")

Критика не слишком полюбила новый роман живого израильского классика. Чаще всего в статьях разочарованных литературных обозревателей встречается слово "скучно". Мне совсем не было скучно во время чтения книги. Во-первых, было интересно узнать про древнеримский сюжет, достаточно распостраненный в живописи, и называемый Roman Charity - дочь кормит грудью приговоренного к смерти отца - узника. Пораженные таким необычным проявлением милосердия, тюремщики отменяют смертную казнь. Одна из версий этого сюжета вынесена на обложку книги, сюжетная ось которой крутится вокруг этой картины. Во-вторых, даже на старости лет Иехошуа показывает мастер-класс по писательскому мастерству. И самое главное, в этой книге Иехошуа подводит некий итог своего творчества, с одной стороны исследуя ту метаморфозу, которую оно прошло между сюрреализмом и реализмом, а с другой, уделяя пристальное внимание проблематике писателя сефардского происхождения, обласканного ашкеназийской элитой.

Тут я уже писал о романе, и давал ссылку на интервью с автором, в котором он описывает мотивацию при выстраивании сюжета романа.

Замечу, что я не могу в полной мере оценить накал конфликта между двумя разными ипостасями Иехошуа в романе, режиссером Яиром Мозесом и его бывшим сценаристом Шаулем Тригано, без того, чтобы приобщиться к ранним рассказам Иехошуа, написанных в сюрреалистичной манере, а это мне еще предстоит сделать. Сюжеты двух из этих рассказов использованы в книге в виде сюжетов ранних фильмов Мозеса и Тригано, когда их совместное творчество породило несколько загадочных фильмов, полных символов и метафор. Совместное творчество, довольно грубо оборвавшееся после отказа артистки, игравшей главную роль в их последнем совместном фильме, подруге Тригано, которую он буквально вылепливал в своих сюжетах, сыграть в сцене, во многом напоминающую сюжет Roman Charity. Финальная сцена фильма, в которой героиня, перед этим отдавшая свою новорожденную дочь на удочерение случайным людям, хотя по договоренности должна была отдать ее патронировавшей девушку бездетной паре переживших Катастрофу немолодых учителей, в порыве, не совсем понятном даже самому сценаристу, открывала грудь старику-нищему и кормила его материнским молоком - эта не снятая в итоге сцена стала причиной разрыва Тригано с подругой, разрыва Тригано с Мозесом и затаивание злобы и презрения со стороны сценариста к своему бывшему партнеру-режиссеру. Пути режиссера и сценариста разошлись, при этом Мозес стал преуспевающим режиссером, снимающим фильмы в русле мейнстима, а Тригано вообще прекратил работу в кино, став преподавателем киноискусства.

Еще одна жалоба критиков состоит в чрезмерном нагружении текста деталями. Но ведь это же фирменный стиль Иехошуа, и если в одном из ключевых эпизодов романа, беседе Мозеса и Тригано в одном из киббуцов возле сектора Газа, автор нам подробно расскзывает о том, что престарелый режиссер дважды ходит мочиться на улицу, а не в домашний туалет, то в этих подробностях тоже есть смысл, работающий на общий сюжет.

Безусловно, стоит читать эту книгу, хотя бы для того, чтобы попытаться осмыслить как именно видит Иехошуа концептуальные изменения в процессе своего многолетнего творчества и что стоит за ними. Иехошуа изобразил этот вопрос в необычной форме, которая придает роману особый интерес.

[кросс в [livejournal.com profile] sfarim_ru]
kandidych: cat (knigi)
Ганс Фаллада "Каждый умирает в одиночку"

Книга удивительной судьбы. Впервые опубликованная в 1948 году, уже после смерти автора от передоза наркотиков, она прошла практически незамеченной широкими мировыми читательскими массами.

Сам Фаллада, в отличие от большинства других немецких писателей гуманистического напраления, во времена нацистского правления не покинул Германию, но и не пошел на поводу попыток убеждения со стороны Геббельса написать роман во славу фашистской власти. Он никак не участвовал в общественной жизни, имел склонность к употреблению алкоголя и наркотиков, с годами его душевное здоровье становилось все хуже и хуже, и пиком стала принудительная госпитализация в сумашедшем доме после ссоры с женой, которая включая в себя настоящую перестрелку. После падения нацисткого строя, душевное состояние писателя продолжало ухудшаться, и в попытке улучшить положение, друг Фаллады, бывший тогда министром культуры на территории советской зоны оккупации, принес писателю несколько досье из гестапо, одно из которых содержало историю семьи, в одиночку боровшейся с нацистским режимом. Друг рассчитывал, что долгая работа над книгой уравновесит душевное состояние Фаллады. Однако тот написал книгу слишком быстро, всего за 24 дня, и почти сразу после этого умер.

Несмотря на то, что Примо Леви как-то назвал этот роман лучшей книгой о немецком сопротивлении нацизму, в мире он практически не был известен до 2009 года, когда небольшое независимое американское издательство Melville House Publishing приобрело права на все книги Фаллады, и стало выпускать их на английском языке. На роман "Каждый умирает в одиночку" сразу же обрушился поистину оглушительный успех. Его стали переводить и на другие языки, издавать во многих странах, и в частности в Израиле, он уже уже почти полгода занимает самые высокие места в списке продаваемых книг. Так пришел всемирный успех книге спустя 60 лет после первой публикации, и более чем через 60 лет после смерти автора.

История этого успеха требует размышления. Прямо скажу, в принципе речь не идет о слишком "глубокой" книге, в которой имеет место скурпулезное аналитическое проникновение во внутренний мир героев. Событийно роман делится на две части, первая из которых держит читателя в постоянном напряжении, при том, что итог всей истории в принципе и так не трудно угадать. Во второй части судьбы героев решаются завершающим аккордом, несколько плакатного пафоса и содержания. Очень искусно выписана немецкая атмосфера тех времен. Когда практически все доносят на всех, все следят за всеми, страх власти практически абсолютен. И как в такой буквально удушающей обстановке появляются люди, самые обычные работяги, не принадлежащие к какой-либо организации и подполью, которые начинают заведомо обреченную борьбу с ненавистным строем. Прекрасно понимая, что их борьба для режима это даже не укол комара для слона, делая это в оснoвном для себя, для своей совести.

Мне представляется, что воображение мировых читательских круго, "подсевших" на это роман спустя много лет после его первой публикации, поражает картина обыденности злодейства в немецкой жизни тех времен и смелости дерзнувших поплыть против течения. Возможно также этот роман позволяет еще больше проникнуть в волнующий многих вопрос о том, как именно немецкая нация подпала под нацистский морок, и насколько такое возможно и в других странах и цивилизациях. Многие читатели наверняка спрашивают сами себя, а как бы они вели себя, оказавшись в описанных автором условиях!

Любопытно, что на Флибусте выложено издание книги на русском 1948 года. Соответственно, предисловие такое махрово советское, содержащие цитаты от товарища Сталина, как же тогда без них. Вряд ли в те времена у советских читателей могли появиться ассоциации между описанной Фалладой немецкой действительностью и советскими реалиями, особенно времен широких репрессий. А может и появлялись параллели, иди знай.

Тут можно почитать интересную статью Игаля Сарны о его поездке в Германию и встрече с сыном Фаллады.
kandidych: cat (knigi)
Дина Рубина "Синдром Петрушки"

Дина Рубина последних романов мне стала напоминать Артура Хейли, который тоже каждую книгу посвящал "производственной" тематике. Навскидку вспоминаются популярные романы "Отель" и "Аэропорт", подобное препарирующие работу соответственно гостиницы, и вы правильно догадались - аэропорта :-)

В последних трех книгах Рубина занималась достаточно экзотичными профессиями - циркачи, реставраторы, и вот теперь кукольники. Сюжет в Синдроме достаточно интересный, но все же исполнение мне показалось немного не дотягивающей до идеи. В описаниях прошлого героев явственно чувствуется схематичность предыдущих романов, причем возникает стройкое чувство, что второстепенные персонажи уже просто кочуют из книги в книгу, немного меняя имена и выбирая другое место дислокации. Рубина довольно успешно освоила некий трафарет, и сейчас под него штампует романы. Но что у нее никогда не заберешь, так это способности рассказать историю.

Читать Рубину достаточно увлекательно, если не заморачиваться схематичностью и не обращать внимание на всякие художественные допущения, имеющие мало общего с израильской действительностью. В этом романе назойливость израильских стереотипов, искривленных под явным влиянием прошлой службы Рубиной в Сохнуте и ее ярко-выраженной идеологической направленности, не так режет глаз, но и имеется по меньшей мере одно совсем вольное обращение с реальными фактами, которые Рубина грубо обтесывает и смело втискивает в свой сюжет. Речь идет о фиктивном браке израильского героя романа с нееврейкой-героиней. У [livejournal.com profile] henicа недавно обсуждался этот вопрос, как и другие отрицательные аспекты романа, но если его это подвигнуло на забрасывание недочитанной книги в дальный ящик, то меня этот вопрос не слишком смутил. Наверное ,это уже дело привычки :-)

В общем, о потраченном времени я не пожалел, и единственное, что разочаровало в этом романе это слишком явная пропасть между очень всеобъемлющей идей и несколько поспешным ее воплощением в жизнь.
kandidych: cat (knigi)
Ю. Несбё "Красношейка"

Крепкий детектив, все время держащий в напряжении, и предлагающий читателю поработать мозгом, дабы разобраться в хитросплетениях замысловатого сюжета, чередующего современность и годы Второй Мировой войны.

В Израиле эту книгу сейчас активно пиарят из-за поднятой в ней теме норвежского коллаборционизма во времена Гитлера. Надо сказать, что эта тема подается не слишком навязчиво и дидактично. Даже не сама тема, а ее современная ревизия. Причем сделано это очень затейливо, и во избежании спойлеров на этом я умолкаю. Автора этот исторический вопрос интересует во многом по причине "двойственности" его происхождения. По одной линии его генеалогического древа находятся сторонники Квислинга, а на другой - деятели норвежского Сопротивления. И вопросы исторической оценки этих враждовавших в годы войны движений, проблематичность поведения норвежского короля, который покинул страну во время гитлеровской окупации, отправившись в Лондон, дилемма послевоенного осуждения людей, которые во время войны состояли в законной на тот момент квислинговой партии "Национальное согласие" - все это Несбё заплетает в напряженную детективную интригу.

Главный герой весь такой вызывающий симпатию. Напоминает муракамиевских нонконформистов-пофигистов, только их более пьющая версия :-) Модный сейчас тип - непритязательный в быту, не обращающий абсолютно ни малейшего внимания на гонку за брендами-трендами, с трудом находящий себя в этом стремительном глобальном мире. Много пьет и хорошо разгадывает детективные загадки. Мечта поэтессы ;-)

Любителям детективов с историческим налетом рекомендую.

Осторожно - в комментариях спойлеры!!!!
kandidych: cat (knigi)
Шломо Занд "Кто и как изобрёл еврейский народ"

Книга, которую интересно читать.

С самого начала прочетния я понял, что будет практически невозможно разобраться в правильности и не вырваности из контекста цитат из различных источников, которыми Занд сыпет по страницам в товарных количествах. Книги по еврейской истории я последний раз читал много лет назад, перед репатриацией на Обетованную, подробностей практически не помню, и в оценке текста Занда пришлось полагаться практически на одну интуицию, и на критические статьи, которые в обилии имеются в ЖЖ.

Мое отношение к тексту Занда я бы разделил на две части.

Сама попытка пойти не в ногу, подвергнуть ревизии такую мощную сферу как еврейская историография и продемонстрировать технологию создания национального мифа, не может не вызвать моего почтения. Как выросший в стране, которая вначале очень увлеченно буквально конструировала свою историю, по ходу меняя ее куски буквально целиком, или отбрасывая ненужные на текущий исторический момент эпизоды, а потом с намного большим энтузиазмом писала историю фактически заново, чтение текста Занда вызвало почти ностальгические ощущения из тех времен, когда с огромным нетерпением ожидался следующий номер Огонька Коротича, чтобы раскрыв его дрожащими от превдкушения руками, накинуться на очередное громкое разоблачение или первую публикацию ранее запрещенных материалов. Занд в книге выступает в ипостаси некоего исторического диссидента, рыцаря, почти в одиночку скачущего навстречу огромному войску. В фигуральном смысле, конечно. В реальности Занд спокойно работает в израильской академии, а книгу написал лишь после того, как, по его собственным словам, получил "постоянство" в тель-авивском университете, т.е. практически навечно обеспечил себе кусок хлеба с маслом, что в моих глазах выглядит вполне человеческим и понятным поступком.

С другой стороны, ясно и четко выраженная Зандом на страницах книги, особенно в ее завершающей части, его идеологических устремлений, ставит под огромное сомнение добросовестность его выводов и технику подбора источников, на которые он ссылается.

Книга безусловно дает информацию к размышлению, но опять же, эти размышления надо вести принимая в расчет призму зандовского мировозрения, которая явно преломляет логику его рассуждений.

Не будучи патриотом израильским забубенным, и не профессиональным любителем этой страны, я не чувствую угрозы в зандовских установках, которые вроде как могут подточить глыбу легитимности, на которой держится наше присутствие на этой земле.

Интересующимся тематикой книгу стоит прочесть, хотя бы ради того, что убедиться в том, что существует и альтернативный взгляд на общепринятные понятия.
kandidych: cat (knigi)
Амнон Данкнер ימיו ולילותיו של הדודה אווה ("Тетя Ева и его дни и ночи")

Уже из названия романа можно увидеть то противоречие, на котором построена основная ось романа, рассказывающая от первого лица историю взросления иерусалимского мальчика в 50-х и 60-х годах прошлого века. Мама мальчика погибла в теракте, когда он был совсем маленький, папа его не очень годится на обладание звания "Самый заботливый папа в мире", живут они вместе в некоем подобии коммуналки с еще одной семьей, в женской половине которой мальчик пытается найти некое подобие мамы - и вот ко всему этому букету добавляется и со временем занимает очень значительное положение "тетя Ева". Мужчина, на улице появляющийся лишь в женском виде, и на публике умело выдающий себя за элегантную и ухоженную женщину, зарабатывающий себе на жизнь сочинением романтических романов "для домработниц" с продолжениями, молниеносно извлекающий острый нож при возникновении несущих угрозу обстоятельств - "тетя Ева" становится для героя романа заменителем и мамы и отца в одном лице. Но если поначалу такая вот гендерная несуразность (и напоминаю, что действие происходит в Иерусалиме в весьма пуританские старые времена) кажется мальчику вполне естественным явлением, со временем у него начинают возникать вопросы. Вопросы, на которые не всегда находятся ответы. В чем загадка "тети Евы", как она связана с Катастрофой европейского еврейства, ужасы которой фоном проходят через страницы романа посредством упоминания суда над Эйхманом, почему "тетя Ева" всеми силами старается скрыть свою личность от окружающего мира? Загадки множатся, и разные загадочные события, происходящие вокруг героя не придают его внутреннему миру четкой определенности.

На многочисленных страницах романа Данкнер разворачивает процесс становления героя через его отношения с "тетей Евой", отношений которые проходят через полный спектр чувств, как положительных, так и отрицательных. Герой книги сталкивается с очень сложными нравственными диллемами, разрешению которых посвящена большая часть книги. Образ "тети Евы" тоже проходит разные метаморфозы, крепко врезаясь в сознание своей многослойной сложностью и трагичностью.

Как всегда удачно у Дакнера получается вырисование разных колоритных, хоть и второстепенных персонажей на иерусалимском фоне.

Роман рекомендуется к прочтению, и дабы подбавить аппетита, под катом одна цитата, демонстрирующая данкнеровский стиль

сканы )

Из забавного, не имеющего непосредственного отношения к тексту, а скорее к пиарной политки издательства. На задней обложке книги можно увидеть высказывания от таких небезызвестных деятелей культуры вроде Рона Лешема и Шмуэля Аспари, всячески превозносящих книгу, ставящих ее в один ряд с такими глыбами как זכרון דברים и חיים כמשל. А те, кто добрался до кредитов и благодарностей Данкнера в конце книги, может увидеть там имена тех же людей, которых Данкнер очень благодарит за деятельную помощь в написании романа. Вывод - настоящие друзья помогают не только писать книгу, но и продавать ее :-)

[кросс в [livejournal.com profile] sfarim_ru]
kandidych: cat (knigi)
Амнон Данкнер "Человек без костей" האיש ללא עצמות

Вкусная книга-винегрет.

В детективную историю, пытающуюся разобраться в серии таинственных событий, разворачивающихся после неожиданный смерти известного иерусалимского историка, собирателя редких рукописей, и просто очень обеспеченного человека, професора Ааронсона, Данкнер втиснул и красиво выписанную любовную историю, и искусствоведческий разбор одной из картин Тулуз-Лотрека, и элементы мистики, и даже чуточку задел широким крылом историю становления сионизма.

Истории Данкнер умеет рассказывать, да так, что оторваться невозможно. На особенную глубину не претендует, но в рамках жанра он чувствует себя вполне комфортно и по хозяйски.

осторожно - мегаспойлер )

Книжка затягивает, написана очень увлекательно. Любители разных загадок, стоящих за произведениями искусства, несоменно найдут в ней интерес. Любители любовный историй на иерусалимском фоне, даже если они происходят с полицейским по фамилии Козлов, тоже :-)

Определенное отторжение может вызвать слишком уж нарочитое местами наплетение Данкнером разных совпадений и случайностей, двигающих основной сюжет книги, но все равно рекомендую ее к прочтению!
kandidych: cat (knigi)
Донна Тартт "Маленький друг"

Второй роман не очень плодовитой, но весьма популярной писательницы американского происхождения. О ее первой книге "Тайная история", я писал тут.

Пока-что на написание каждой книги у Тартт уходило по 9 лет, что по нашим стремительным временам даже несколько странно, но пока у нее неплохо получается :-)

Некоторой параллелью между Маленьким Другом и Тайной историей можно считать выстраивание в обеих романах замкнутого в себе мира, но на этот раз это не мир элитного факультета классических языков, а мир забытого богом привинциального американского городка, затерянного где-то на просторах южной части США.

Судя по всему этот роман во многом автобиографичен. На этот счет вы может почитать большую статью о Тартт (иврит), в которой рассказывается о ее детских воспоминаниях, в свое время опубликованных на одном из интернет-сайтов, и после дезавуированных Тартт, и объявленных ею лишь художественной выдумкой.

Снова Тартт удается буквально затянуть читателя в свой текст, заставляя следить за событиями, происходящими с героиней книги с неослабным вниманием. Опять, как и в Тайной истории, на первых страницах романа возникает труп, и все, что происходит далее тем или иным способом связано с этим страшным событием.

Очень выпукло показаны семьи героев книги, как состоящее из одних женщин "приличное" семейство главной героини, так и семья из разряда вайт-трэш, с которым пути героини сойдутся самым причудливым образом.

Стоит заметить, что героиня романа еще довольно маленькая, ей всего 12 лет, но роман трудно, да и фактически невозможно назвать детским. Его можно пустить по категории романов о взрослении, написанным в очень жестком стиле, практически не жалеющим героиню в происходящих с ней процессами.

И маленький спойлер )

Сейчас Тартт пишет третий роман, и его я тоже не пропущу, это я вам могу точно сказать :-)
kandidych: cat (knigi)
Филип Рот "Случай Портного"

Несомненно, это одна из лучших книг, прочитанная мною в последние годы.

Шикарнейшее препарирование мужской американо-еврейской души, блестяще исполненная Ротом, для которого в этой книге не существовало никаких границ!

Я вообще удивлен, как его после этого романа забугорные евреи не прибили к черту, а даже со временем стали считать одним из самых видных еврейских прозаиков 20 века.

Эта книга и очень смешная, просто феерически смешная (если конечно вас, как и меня, ужасно смешат эпизоды, в которых герой мастурбирует в кусок говяжей печенки, или сомневается надо ли застилать бумагой унитаз, которым постоянно пользуются гойские задницы), но одновременно и очень грустная.
Чрезвычайно трогает полнейшая откровенность Александра Портного, в одном обличии являющегося успешным молодым деятелем на весьма уважаемой общественной ниве, отличником в учебе и обладателем огромного IQ, а в другом - жутко закомплексованным пиздострадателем, всю жизнь находящемся в постоянной гонке за причинным местом шикс, все время ведущим яростный диалог с собственным детством, с родителями, с традициями и обычаями, сформировавшими его не находящую покоя личность.

Уж насколько я профан в американском масскульте, но и я не могу не увидеть того, как Портной потом "наследил" в творчестве Вуди Аллена и как он повлиял на образную структуру Сайнфельда. Готов поспорить на что угодно, что эта книга является настольной у одного из создателей Сайнфельда Лэрри Дэвида!!! :-)

ИМХО этот роман может являтся прекрасным примером того, что от еврея мы готовы претерпеть то, что совершенно не готовы принять от того, кто не является нашим соплеменником! Напиши эту книгу нееврей - и не избежать ему обвинений в антисемитизме. Иначе как можно обозвать столь выпуклый оттиск неприглядных сторон еврейского галутного сознания, каким является роман Рота. Но от еврея это воспринимается как очень дерзкая критика "из дома", имеющая право на существование.

Восприятие этой книги занимает весь спектр от полного восторга до абсолютного неприятия, как это можно увидеть в посте у уважаемого [livejournal.com profile] o_aronius. Да и не только в посте, но и в комментарих к нему.

Другое мнение (на иврите) можно почитать здесь и здесь. Я , честно говоря, вообще был очень удивлен тем, что этот роман был впервые переведен на иврит и вышел в Израиле в далеком консервативном 1970 году!!!!! Издание столь бунтарского текста, настолько смело выламывающегося из принятых рамок "приличия", лично у меня слабо ассоциируется с атмосферой тех времен (тут можно немного почитать на тему, в связи с несостоявшимся в 1966 году выступления Битлз в Израиле)

Пока у меня, по степени ударения по мозгам в очень нескучной форме, это книга года!!! И мне лишь жаль, что я приобщился к ней только сейчас, а не в более ранние времена.
kandidych: cat (knigi)
Джонатан Сафран Фоер "Жутко громко и запредельно близко"

Эта книга произвела на меня сильное впечатление.

Написанная от лица мальчика, потерявшего папу в теракте 11 сентября 2001 года, она подобна боксерскому удары поддых, напрочь выбивающему воздух из легких и приводящему тело в состояние некоторого шока.

Поиски следов папы мальчиком переплетаются с семейной историей его бабушки и дедушки, переживших бомбежку Дрездена во время Второй Мировой Войны. Возможно некоторых читателей покоробит художественная параллель между той бомбежкой и терактом в WTC, которую автор неизбежно выстраивает своим текстом, но нельзя не признать силу и мощь переклички событий, очень чуствительно выстроенной Фоером.

Фоеру удалось очень тонко показать внутренний мир необычного мальчика, неистощимого изобретателя и выдумщика, сущность которого терпит нешточную трансофрамцию под влиянием теракта и гибели отца.

Эту книгу стоит надо читать в бумажном варианте, или в хорошем pdf, который точно передаст особенности ее оформления, снабженного фотографиями и разными шрифтами для разных частей текста.

Очень-очень рекомендую, но с предупреждением, что текст нелегкий, и требует определенной душевной настроенности.
kandidych: cat (knigi)
Владимир Сорокин: "Метель" и "День опричника"

Давненько я не брал Сорокина в руки!!!

До больших его романов у меня так руки в свое время и не дошли, ибо сражен я был рвотно-говнистой эстетикой его коротких произведений, и лишь рассказ "Настя" остался в сердце необычным воспоминанием о нестандартном тексте.

Теперь вот вернулся к современному классику.

Обе повести понравились! Две утопии, умело сконструированные Сорокиным, поразили меня проработкой деталей, неожиданными находками и общего чувства ожидания все новых и новых сюрпризов, которое сопровождало мое чтение этих повестей.

День опричника более всеобъемлющ, ибо рисует картину российского будущего в обобщенной форме, в отличие от более камерной Метели.

Как всегда у Сорокина, после прочтения трудно избавиться от четкой визуализации образов, и я боюсь, что "опричная гусеница" еще долго будет мне видется в не самых приятных видениях!

У Метели некоторым критикам категорически не понравилась концовка, и я почти готов согласиться с недовольными - слишком уж банально заканчивается удивительное путешествие героя, но может в этом и была авторская установка.

День опричника весьма едок, и самое удивительное, что современные последователи опричнины (такие в России сейчас тоже есть!!!!!!) в общем положительно отнеслись к этому тексту, что только подчеркивает степень абсурда и уровень таланта Сорокина, способного написать такую амбивалентную повесть!

Ну и конечно не могу не исполнить дежурный реверанс в адрес языка Сорокина!!!!! Только ради приобщения к нему возможно стоит читать книги автора!

Profile

kandidych: cat (Default)
kandidych

August 2011

S M T W T F S
  123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 27th, 2017 04:47 pm
Powered by Dreamwidth Studios